22 июля 2026 года, среда, день 8
Какие же мы всё-таки преодолители! Вроде и рюкзаки уже лёгкие по сравнению с началом маршрута, и тропа знакомая, и перепады высот не то чтобы очень большие — а смотри-ка, как тяжко и лениво нам всем в принципе хоть куда-то идти. Вероятно, сказывается накопленная за неделю усталость. Все дружно мечтаем о днёвке, но с нашим плотным графиком это, увы, невозможно.
Утром, пока мы готовили и употребляли завтрак, инспектор заповедника Артём успешно играл роль Николая Дроздова: травил байки про туристов и про животных, одни увлекательнее других. «Между прочим, на моей личной странице есть агрегатор вакансий заповедника», — ненавязчиво агитировал нас Артём. — «Платят, правда, немного, зато вы здесь будете на полном государственном обеспечении, да и тратить деньги здесь тупо некуда». Мы крепко призадумались: жизнь на природе в практически полной изоляции от внешнего мира многим показалась привлекательным предложением. Ещё и браконьеров тут нет, потому что им экономически невыгодно сюда добираться. Браконьеры не дураки, абсолютно понимаю и не осуждаю.
А ещё Артём притащил ветхий журнал, в котором мы должны были расписаться по поводу техники безопасности и правил поведения в заповеднике, но в итоге дело до этого так и не дошло, потому что всех более всего заинтересовала последняя страничка, где туристы записывают книги, фильмы, сериалы и всё такое прочее, рекомендуемое другим туристам.
На маршрут выдвинулись стандартно около десяти утра. Уходили без особого энтузиазма: всем хотелось замедлиться, потупить, помедитировать (а возможно даже спокойно помыться — ну да о такой роскоши мы уже даже не мечтаем). Но и мысль о доме тоже греет, хоть дорога до него ещё очень длинная.
Шли тяжело и без особого энтулиазма. Сначала все были голодные перед обедом, поэтому сил не хватало. Потом мы нахомячились на обеде, и тяжело идти стало уже из-за этого. Жгучая жара, гнус, болота и кусты настроения тоже не добавляли. Капец, мы такие нежные снежинки, на нас вообще не угодишь, получается. А ещё и Боба сильно стёр ноги, поэтому нам пришлось идти медленнее обычного, а это, как известно, выматывает и демотивирует гораздо сильнее быстрой ходьбы. Периодически развлекались тем, что слушали по очереди музыку и играли в города и в контакт, но на узкой тропе это было не очень удобно, а города на букву «К» всё же не бесконечны, даже при всей нашей совокупной групповой эрудиции.
Несмотря ни на что, на место ночёвки мы пришли по графику — около 18ти часов. Ночуем сегодня снова в горном приюте «Европа-Азия» (причём а где, собственно, та самая граница, я так и не поняла). Практически в полном составе игнорируем модуль, используя его только для хранения нашего обширного бардака. Пока мы с Вовой (в основном он, если честно) готовили ужин, народ распределился хаотично по поляне и, офигевая от жизни, тихонько тупил в пространство, даже мошка нас почти не смущала — она уже стала неотъемлемой частью наших организмов.
Ужин получился абсолютно феерический — котелок вылизывался в 7 ложек. А потом на всех напал какой-то жор: все достали свои неучтённые шоколадки, охладили их канистрой с водой, разделили на кусочки и преступно сожрали. Затем пришёл черёд мега-углеводного Нечто, приготовленного Сашей и шефом накануне. Нечто носило кодовое название «шмурдяк», состояло из огромной праздничной шоколадки (естественно, в аморфном агрегатном состоянии), орехов разных видов, крошек от печенья и всего, что по какой-то причине не было доедено по ходу движения. Вообще-то шмурдяк был приготовлен в качестве именинного торта Вовы А. на завтра, но сожрали мы его почему-то сегодня, под действием какой-то массовой истерии. Такое иногда случается с туристами, особенно во второй половине похода.
Вечер завершился игрой в дурака по каким-то очень странным правилам, согласно которым отбить хоть что-то было невозможно в принципе.
А погода тем временем начала разгуливаться: на западе догорал великолепный закат, а с противоположной стороны на нас неумолимо надвигалась мрачная серая туча, принесшая с собой сильный шквалистый ветер. А мы-то уже так привыкли к жаре, что даже и не думали, что может быть как-то иначе (очень опрометчиво). Ложимся спать с тревогой за завтрашний день и с надеждой на прогноз от шефа, согласно которому завтра должен быть туман, а не вот это вот всё…
